mayak

Работник недели: Травматолог в детской больнице Одессы

19.03.2015

ИНФОГРАФИКА

^C17A608F4D797836768C61A3E05AAC07FE6FFAD5D730EB9AB0^pimgpsh_fullsize_distr

Травматолог в детской больнице Александр Ромашко – о гипсах, в которых можно купаться в море, падениях с вишни и травмах по вине родителей.

Об образовании

Я из семьи врачей, поэтому с детства видел себя только в этой сфере. Я закончил одесский Медин, потом у меня была интернатура в детской хирургии. В детской областной больнице около пяти лет я работал детским хирургом, а потом получил специализацию детского травматолога. Мой врачебный стаж составляет уже 17 лет.

Обучение в институте не такое сложное, как все привыкли думать – ты знаешь, что конкретные знания тебе необходимы, поэтому стремишься их получить.

О графике

В больнице дежурства — суточные, порядка семи в месяц. Еще у меня работа в поликлинике на Глушко, там я числюсь травматологом, но прием веду общий – и медосмотр и хирургические проблемы, по-другому не получается.

В больнице все разграничено, у нас работает бригада – это три хирурга, травматолог, нейрохирург и врач. В больнице травматологов пять человек, плюс еще отделение ортопедии-травматологии.

cherry

О сезоне

Дети чаще всего попадают с переломами костей рук, ушибами и растяжениями связок. Хотя нельзя сказать, каких переломов больше – один день руки, другой день ноги. За сутки может быть в общей сложности – то есть с хирургическими больными вместе – около 70 детей. Летом больше – около 100. Взрослые наоборот, больше зимой в травматологию попадают. Лето – это велосипед, ролики, скейты. А еще падения с дерева. Мы четко знаем, когда поспевают черешня, вишня, абрикос.

« — Откуда упал?  — С вишни».

О предосторожности

У моего старшего сына уже два перелома было, поскольку все предусмотреть невозможно. Недавно на приеме был ребенок с травмой руки, он катался на роликах в полной «защите», но перелом получил. Уберечься от травм на 100% невозможно.

Об источнике

Спортивные травмы, когда ребенок получает ее на тренировке – это примерно одна пятая всех травм. В основном — уличные, бытовые травмы. Школьные драки у нас обычно средней степени тяжести, тяжелых повреждений после школьных противостояний нет. За 17 лет работы в больнице я не видел ни одну лампочку, засунутую в рот. У взрослых – да, а у детей — нет.

О разнице

Стажировок за рубежом у меня пока не было, предлагали поехать в Израиль, но временно отложилось. Я оперировал израильского ребенка, с аппендицитом. Он вернулся в Израиль, потом мне звонили его родители и рассказывали, что израильские врачи ходили все смотреть на шов. звонили. А для того, чтобы его снять, специально вызывали врача из отделения пластической хирургии. Такой шов у нас снимать две минуты.

У них другие подходы и другие стандарты. Но у меня пока не было возможности сравнить нашу медицину с какой-либо другой.

bicycle

О помощи

Были ситуации, когда звонили знакомые и просили помочь – в случаях, когда можно решить проблему дома. Например, у маленьких детей бывает подвывих локтевого сустава – когда ребенка за руки неправильно дергают. Косточка одна выходит из своего места, рука сразу повисает как плеть, ребенок кричит. А там нужно просто поставить на место – это очень быстро, если знаешь, как делать. А чтобы на улице кричали «Врач, врач!» такого не было, я не сталкивался.

О технологиях

Последние года два-три мы стали пользоваться пластиковыми гипсами. Это очень удобно: его просто ставить, он легкий, для ребенка такой гипс менее проблематичен, в нем даже можно купаться – потом феном посушил его и все.

Постепенно вводятся новые технологии. Многие доктора из нашего отделения делают операции лапароскопически – то есть когда не делается разрез, а только две дырочки, куда вводятся специальные камеры, и при помощи специального щупа проводится операция. Это сейчас в нашей больнице широко применяется.

О сложном

Самые сложные случаи – это укушенные раны. Лет пять назад привезли девочку, она с родителями была проездом в Одессе, те повели ребенка в зоопарк. Перевесили девочку через барьер у вольера с волками, кормили их хлебом. Один кусок не докинули, девочка потянулась к нему. А в вольере было два взрослых волка и шесть годовалых щенков. Ребенка тогда сильно порвали – схватили за руку, притянули к клетке и начали грызть лицо.

Был случай, когда собаки сильно порвали ребенка, в первую очередь ноги. При том, что это были  свои собственные собаки, два ротвейлера. В обоих случая были большие объемные операции.

Детская хирургия и травматология щадящие, мы стараемся собрать все воедино, ничего не убирая, чтобы не создавать ребенку больше проблем. Слава богу, тогда сделали все хорошо.

Об особенностях

Оперативное лечение мы стараемся свести к минимуму, у детей не все переломы оперируются, в отличие от взрослых. Поломанные ребра у детей – это редкое явление. С маленькими детьми бывает сложно, когда они еще не могут ничего сказать и приспосабливаются к боли, находят такое положение руки или ноги, чтобы особо не беспокоило. Бывает, привозят родители ребенка —  а там уже травма на стадии заживления.

У детей в плане переломов все проще, все потом срастается и нивелируется. Если через год сделать снимок, даже не увидишь место перелома. Костные клетки стараются вернуться на то место, где они были – это генетическая память костных клеток.

Детская и взрослая травматология отличаются. Есть определенный вид переломов, которых у взрослых не бывает – поднадкостничные переломы, например, когда надламывается кость –  это называется по типу «зеленой ветки». Есть переломы в зоне роста, за счет чего растет кость.

Whale

О рекомендациях

Мой совет только один – если возникает проблема, не нужно ждать. Очень часто сталкиваешься с ситуацией, когда у ребенка травма произошла неделю назад, а папа с мамой сидят,  ждут. Нога-рука болит и не проходит. Любимая фраза в таких случаях: «Мы думали, что оно пройдет само». Легче решить проблему сразу, чем потом корректировать.

Об общении

Мне с детьми гораздо проще работать, чем со взрослыми. С ними не нужно сюсюкать, они и так хорошо все понимают. Если ты разговариваешь с ребенком как со взрослым — объясняешь и поясняешь, что ты будешь делать и зачем, то проблем нет. Дети, конечно, разные, одни ведут себя спокойно, другие плачут. Бывают и грудные дети, с ними сложнее. Они не могут показать, что и где болит. А с детьми от года до трех — другая сложность: такой ребенок будет показывать, что у него все болит. Нога болит, рука болит, палец болит.

С детьми четко видно результат работы, они благодарны. Ты сделал, им сразу стало легче. Мне даже в качестве благодарности иногда поделки дарят, рыбку из бисера, например.

Поделиться


Оставить комментарий: