История

Дмитрий Быков выступил в защиту одесской архитектуры с небольшой литературной лекцией о времени и чтением Катаева

3 минуты
31 июля, 2019

Сегодня в Пассаже поэт Дмитрий Быков зачитал свой любимый отрывок из повести Валентина Катаева «Трава забвения», привлекая внимание к состоянию памятников архитектуры Одессы. Но перед этим он успел дать небольшую лекцию об одесской литературной школе, пообещав продолжить ее на сегодняшней встрече в Зеленом театре.

Image Title

«На разогреве», как он сам выразился, выступил историк и экскурсовод Александр Бабич. Он рассказал об истории Пассажа, напомнив, что акция приурочена к 120-летию с момента окончания строительства здания. 

«Пассаж был готов в 1899 году. Строили быстро, у Менделевича, владельца здания, денег было много, и он, как нувориш, хотел “по-богатому”. Есть легенда о том, что когда у архитектора Льва Влодека заканчивались идеи “на лепнину”, он выхватывал первого попавшегося строителя с красивым или колоритным лицом, усаживал на табуретку, лепил ему на лицо гипс, отдирал и выливал очередной маскарон — вот эти лица на фризе второго этажа. Еще здесь колонны, увитые камышом — вряд ли еще в мире есть подобный элемент. Влодек даже сам себя налепил. 

Image Title
Image Title
Image Title
Image Title
Image Title
Image Title

В итоге получился самый большой на тот момент универсальный магазин в Одессе. Здесь были лучшие брендовые товары того времени и главный городской гастроном. Тут же располагалась редакция “Одесских новостей”, а это значит, что работали Владимир Жаботинский, Корней Чуковский и Лазарь Кармен, бытописатель одесского дна. 

У Менделевича дела закончились печально: в 1915 году он отправил в Америку большой корабль с товарами, который был потоплен немецкой подводной лодкой. Менделевич вышел на улицу, где мальчик-газетчик оглашал свежие новости, узнал о корабле и получил сердечный приступ». 

Александр Бабич завершил свой рассказ еще одной историей, на этот раз услышанной им лично от некоего вора — о кладе, спрятанном на чердаке Пассажа, который в девяностые годы таки удалось найти.

«Сейчас здание сильно болеет. Ни его хозяевам, ни городу не до Пассажа».

Прежде чем начать чтение, Дмитрий Быков напомнил, что сегодня в 20:00 он выступает в Зеленом театре с лекцией об одесских писателях, но все же не удержался от мини-лекции о том, что для него значит Одесса и одесская литературная школа — сохранив при этом несколько интриг. 

 

Image Title
Image Title
Image Title
Image Title
Image Title
Image Title

«Литературных школ в истории недолгой русской литературы было четыре. Была московская школа примерно до начала 1830-х годов, потом повестями Гоголя и “Медным всадником” Пушкина начался петербургский цикл русской прозы. Затем так случилось, что Петербург утратил первенство в русской литературе. Оно перешло к Одессе — южному варианту Петербурга, созданному империей, я уверен, исключительно в расчете на будущую миграцию. Собственно, так оно и получилось: одесская литературная школа началась с того, что после 1905 года сюда переехал Куприн, а после 1917 — Бунин.

«Я совершенно не сомневаюсь, что этот поток значительных литераторов продолжится и в наше время — потому что обычно русская литература расцветает или там, куда сажают, или там, куда эмигрируют. Расцветать на месте рождения ей разные обстоятельства не дают».

По словам Быкова, одесская литературная школа знаменита не столько именами, сколько тремя главными тенденциями. Рассказал он о первой из них, пообещав продолжить лекцию вечером. 

«Могу назвать одну тенденцию — это проблема времени, которая для одесской школы стоит с чрезвычайной остротой. Дело в том, что в Одессе вовремя прочли Бергсона, главного французского философа начала прошлого века, который вместе с Фрейдом показал, что главная проблема человеческого сознания —  как справиться с тем фактом, что все проходит. Для Одессы почему-то эта проблема особенно актуальна. И может, когда мы сейчас здесь общими усилиями пытаемся защитить какие-то остатки былой, на наших глазах разрушающейся Одессы, мы сталкиваемся с той же проблемой времени, пытаемся задержать его любой ценой. 

Image Title

По мысли Бергсона, литература — это единственный способ что-то противопоставить ходу жизни, который уносит все: молодость, любовь, надежду, места, где мы были счастливы. Что мы можем с этим сделать? Мы можем посильно это литературой задержать.

И для Одессы это была своя самая главная тема — с тех самых пор, как Куприн закончил свой “Гамбринус”, главное произведение, лежащее в основании одесского мифа, словами “Ничего! Человека можно искалечить, но искусство все перетерпит и все победит”. Этими словами, жалкой свистулькой Сашки-музыканта заканчивается главный одесский текст. Поэтому сегодня мы своими жалкими свистульками пытаемся остановить мгновение. И не случайно Катаев именно этой отповедью времени заканчивает “Траву Забвения”, свое самое удачное произведение». 

И Дмитрий Быков, открыв книгу, зачитал финал этой повести, начинающийся словами «…Московское время десять часов. В эфире эстрадные мелодии…»

 

Фото — Ирина Бондаревская для Маяка

Об авторе
Лев Толстой
Таина Федосеева

Комментарии


Читайте также